Король Лир. Буря (сборник) - Страница 34


К оглавлению

34

Входит Ариэль (невидимый), сопровождаемый музыкой.

Ариэль

Хозяин мой предугадал опасность
Для друга своего и повелел мне
Сюда явиться и его спасти.
(Поет в ухо Гонзало.)

Беззаботность почивает,
А коварство не теряет
Ни минутки.
Если жизнью дорожите,
Просыпайтесь, не лежите!
Тут не шутки!
Антонио

Ударим одновременно и внезапно.

Гонзало (просыпаясь)

Да сохранят короля ангелы небесные!

Алонзо (просыпаясь)

Что тут такое? Просыпайтесь все!
Зачем у вас в руках мечи?
Гонзало

В чем дело?

Себастьян

Пока мы сторожили ваш покой,
Вдруг – только что – раздался страшный рев
Как будто бычий – иль скорее львиный.
Ужасный рык! Он вас не разбудил?
Алонзо

Я ничего не слышал.

Антонио

Звук такой,
Что затряслась земля. Как будто сотня
Взревела львов!
Алонзо

Вы слышали, Гонзало?
Гонзало

Клянусь, мой государь, я только слышал
Какое-то жужжанье возле уха —
И, крикнув, разбудил вас. В тот же миг
Увидел обнаженные клинки…
Был шум какой-то, это несомненно.
Верней всего – покинем это место
Во всеоружье и настороже.
Алонзо

Ведите нас; а по пути поищем,
Где мой несчастный сын.
Гонзало

Он где-то здесь,
На острове. Господь его храни
От этих страшных чудищ.
Алонзо

Ну, веди нас.
Ариэль

Помчусь, исполнив волю господина.
И пусть король скорей обнимет сына.

Уходит.

Акт второй

Сцена II

Другая часть острова.

Входит Калибан с вязанкой дров. Слышатся раскаты грома.

Калибан

Пускай весь мерзкий пар болот и топей,
Поднявшись ввысь, прольется на Просперо
И превратит его в сплошную язву!
Я знаю: духи, прихвостни его,
Подслушивают. Но они не могут
Ни ущипнуть меня, ни уколоть,
Ни завести своим огнем в трясину,
Пока он не велит им. Этих духов
Он насылает за любой пустяк,
Чтоб мучить и морочить. То мартышка
Мне корчит рожи, а потом куснет;
То еж, свернувшись, под босую ногу
Мне выставит колючки; то змея
Шипит, шипит – и все-таки ужалит!
Страсть как боюсь я змей.

Входит Тринкуло.


Гляди-ка, во!
Сюда идет какой-то дух, чтоб мучить
И торопить меня с дровами. Лягу
Плашмя на землю: может, не заметит.
(Ложится.) Тринкуло

Что за место – ни кустика, ни деревца укрыться от непогоды, а ведь надвигается новая буря. Слышите, как свистит ветер? Вон та черная туча, огромная, как бурдюк с вином, уже готова опрокинуть на нас свое содержимое. Если снова ударит гром и хлынет как из ведра, куда спрячешься? А это что такое? Человеческая тварь или каракатица? Живая или мертвая? Воняет вроде рыбой, и довольно сильно. Фу, какая-то вяленая камбала. Странная рыба. Будь я в Англии, можно было бы раскрасить ее и показывать на ярмарке – олухи надавали бы кучу денег. Там любят всяких страшил и уродов, на этом сразу разбогатеешь. Нищему с костылем гроша медного не подадут, а чтобы увидеть дохлого индейца, сразу раскошелятся. Гляди-ка, ноги – как у человека! И передние плавники навроде рук, разрази меня гром! Да он еще теплый! Нет, никакая это не рыба – это, наверное, местный туземец, которого пришибло молнией.

Гремит гром.

Сейчас как полыхнет, как разразится ливень! Что делать? Залезу-ка я под этот плащ, другого убежища поблизости нет. С кем только не ляжешь, когда приспичит! Укроюсь под этой хламидой, пока гроза не кончится.

(Залезает под плащ Калибана.)

Входит Стефано, распевая песню, с бутылкой в руке.

Стефано

Я больше в море не выйду, друзья,
Умру я на берегу…

Паршивая песня! Не годится такое петь на моряцких поминках. Подбодрим себя малость.

(Пьет; потом снова затягивает песню.)

Шкипер и юнга, боцман и кок
И мы с пушкарем вдвоем
Ходили вместе в один кабачок
И ставили всё кверху дном.
Была там девчонка одна, Мариам,
Уж как огрызалась она морякам!
От запаха дегтя – ну прямо брыкалась;
Но всякий чесал ей, где девке чесалось,
А ну ее, братцы, к чертям!

А, тоже паршивая песня! Надо подбодриться.

(Пьет.) Калибан

Ой, ой, ой! Хватит меня мучить!

Стефано

Что за черт! Это зверь индийский или чудище морское? Думаете, напугали Стефано? Дудки! Не для того я тонул и спасался, чтобы сдрейфить перед какой-то болотной тварью. «Никакой зверь, будь он двуногий или четвероногий, не заставит меня отступить». Кто это сказал? Это сказал я, Стефано, и повторю снова, пока эта ноздря еще сопит!

Калибан

Зачем он меня так мучит? Ой, ой, ой!

Стефано

Ей-богу, это какое-то местное чудовище – четырехногое да еще вдобавок одержимое лихорадкой. Где только, черт возьми, оно выучилось говорить по-нашему? Так и быть, подбодрю его маленько. Если вылечить это чудище, да приручить, да отвезти в Неаполь, из него выйдет подарок хоть самому императору.

Калибан

Только не дави мне шею! Обещаю – я сейчас же отнесу дрова.

Стефано

Он в припадке и бормочет что-то несусветное. Надо дать ему хлебнуть из моей бутылки. Если он никогда не пробовал вина, оно его сразу взбодрит. Исцелю его и приручу, а там сколько ни запроси за него – ей-богу, отвалят не скупясь.

Калибан

Уй, как шея болит. Умоляю, не мучай меня больше. Ну, что ты трясешься? Хочешь снова накинуться на меня? Это Просперо тебя трясет.

Стефано

Ну-ну, успокойся! Открой рот. От этого зелья и кошка заговорит. Твоя трясучка сразу пройдет, вот тебе слово.

34